О шейхе Мухаммаде-афанди из Батлуха говорили...

Эти дуа муршид советовал читать перед совершением сафара (долгого путешествия, дороги): «Аг’узу бикалиматиЛляхи ттамати мин шарри ма халак» 3 раза «БисмиЛляхи ллязи ля ядурру ма’асмихи шайун филь арды ва ля фи ссамаи ва хува Ссами’уль ‘Алим» 5 раз «БисмиЛляхи тарик’и аррахмани рафик’и аррахими яхрисуни мин кулли шайин ялмисуни» 3 раза В конце своей жизни тяжело больной Мухаммад-афанди, сын Сааду-хаджи, вздохнул: «Если бы у меня были силы, я бы от души рассказал вам о Хасане-афанди». Если он слышал, что у кого-то в доме проводятся уроки по Исламу, то его радости и счастью не бывало границ. Он постоянно заводил о них речь и заново расспрашивал о них. Он постоянно принижал свой нафс, говоря: «Я ничего не представляю из себя, разве что ношу имя Пророка Мухаммада (мир ему и благословение)». Он говорил: «Вы можете называть меня просто, как друга Мухаммад-арифа-афанди, а так я человек, не имеющий ни одной хорошей стороны характера».

Идя на пятничную молитву в мечеть, он специально выбирал самую трудную и длинную дорогу, говоря, что Аллах дает вознаграждение, равное твоим шагам, пройденным по этому пути. Он установил плату одной женщине за то, чтобы она каждый день навещала своего старого отца и ухаживала за ним. Он говорил, что если кто-нибудь, ущемив свою землю, даст возможность своему брату-мусульманину построить рядом дом, то такому человеку Аллах расширит могилу в размере, в каком он уступил другому. Ему очень не нравилось, когда люди вставали при нем. Он не любил длинные проповеди во время пятничного коллективного намаза.

Он всегда первым приветствовал человека и долго не отпускал его руку. Он учил: «Когда заходите в пустой дом, произнесите слова: «Ассаламу ‘алайна ва ‘ала ‘ибадилляхи ссалихина», и ангелы обязательно ответят вам». Иногда Муршид из Батлуха безо всякой нужды ходил на базар, чтобы читать слова: «Ля илляха иля ллях вах’даг’у ля шарикаллях», говоря, что базар – это место «гафла» (т.е. место, где не вспоминают Аллаха, где происходит забвение Аллаха). Он учил своих детей: «Будет баракат, если вы с каждой зарплаты будете отдавать 1/10 часть на саадака (подаяние нуждающимся)». Однажды, когда муршид Мухаммад-афанди из Батлуха отправлял своего сына в армию, его спросили, не сделает ли он так, чтобы сын попал в хорошее место, но шейх ответил: «Нет. Нет такого места, где нет Всевышнего, а там, где Он есть, не бывает плохо».

У Мухаммада-афанди спросили, можно ли грызть семечки, и он ответил: «Можно, если при каждой семечке произносить «Бисмилля». Жена муршида Меседо рассказывала: «Однажды, совершив утренний намаз, мы с мужем начали совершать свои вирды (набор молитв, которые назначает духовный наставник своему ученику). В то время Мухаммад-афанди из Батлуха был еще на уровне Муракабат уль-ма’ия. Я вдруг заснула и увидела сон, будто в наше окно вошёл нур (сияние) и заполнил всю комнату. Наш Пророк (мир ему) говорил с моим супругом на арабском языке. Я вскрикнула «Вай!» и проснулась. Муршид спросил, что случилось, и я все рассказала, на что он ответил: «Хоть бы ты не рассказывала этот сон!». Он старался скрывать даже от жены свой высокий уровень (макам). Он говорил: «Отец дома, как гость, поэтому мать обязана учить своего ребенка». Однажды он пришел в гости в дом, где делали ремонт, и сказал: «Делайте ремонт не в своих домах, а в своих сердцах для воцарения в них Ислама». Людей, которые постоянно заботились о красоте своих домов и обстановке, он называл зятьями Шайтана. Один мюрид рассказал устазу, что он 3 месяца постился, на что тот ответил: «Ты получил вознаграждение, равное вознаграждению за прием гостя». Однажды тяжело больной человек, мюрид Мухаммада-афанди, увидел во сне своего устаза. Он сидел у его кровати и говорил ему что-то. К утру мюрид встал здоровым, как ни в чем ни бывало. Ровесник Мухаммада-афенди рассказывал: «Однажды проходя мимо моего дома, Мухаммада-афенди предложил мне пойти вместе с ним на вершину одной горы. Он попросил меня спеть назм (религиозное песнопение), затем мы совершили зикр (поминание и восхваление Аллаха), и я прочитал азан. Мы помолились, и муршид сказал: «Может, позовем Ич’ил’алил Мухаммада из села Ассаб?» Тогда мы находились на вершине горы, которая располагалась меду сел Ассаб и Батлух. Вдруг он прошептал в ладони: «О Ич’ил’алил Мухаммад! Если хочешь, приходи к нам на вершину горы!» Через несколько минут мы увидели человека, приближающегося к нам. Это был устаз из Ассаба». Однажды к больному муршиду на зиярат (посещение) приехал Саид-афанди. Они долго сидели. Потом, как ушел Саид-афанди, Мухаммад-афенди воскликнул: «Клянусь Аллахом, рассказал бы я вам о Саиде-афанди, было бы разрешение! Мне стало лучше».